Кладбищенские книги

Интересным и, в силу своей специфики, необычным источником сведений генеалогического и, понятно, биографического характера являются кладбищенские книги. Как следует из их названия, в этих книгах производился учёт захоронений, производимых на том или ином кладбище (эта практика сохраняется и сегодня). В дореволюционной России кладбищенские книги единого формуляра никогда не имели, а потому сведения, в них фиксировавшиеся, весьма неравноценны. В такую книгу обычно заносилось полное имя усопшего (его фамилия, имя и отчество), возраст, сословие, семейное положение или сведения о лицах, осуществивших захоронение, и, наконец, место погребения.

Таким образом, в них имеются практически все те сведения, за исключением сведений о семейном положении, которые указывались в третьей части метрических книг причтов православных церквей на всей территории Российской Империи – «Об умерших». Правда, в метрических книгах при погребении лиц дворянского звания указывались сведения и о чине покойного, военном или гражданском. Сведения о звании, то бишь о сословной принадлежности и чине (а для титулованного дворянства ещё и титуле) покойного, в некоторых случаях появлялись впоследствии на его надгробном памятнике.

Указание сословия в кладбищенских книгах служило, прежде всего, для того, чтобы впоследствии, в случае необходимости, отличить захоронения лиц дворянского или купеческого звания от захоронений мещан и крестьян и наоборот, поскольку фамилии одних могли совпадать с фамилиями других и третьих, не говоря уже о полных тёзках. В качестве примера упомянем дворянские фамилии Воронцовых, Головиных, Жеребцовых и целый ряд других, в равной степени характерные для всех остальных сословий православного населения царской (в особенности пореформенной) России.

С той же целью сведения о звании или чине покойного, наряду с крайними датами жизни и короткой эпитафией, высекались на могильных камнях и плитах. Кстати, часто на надгробиях гражданских лиц указывались и последние должности или род занятий, а для военных – место последней службы упокоившихся. И для обеих этих категорий населения – наличие орденов. Всё то же в равной степени касается захоронений лиц духовного звания, в особенности высших иерархов Русской Православной церкви – архимандритов, епископов и т. д. Сведения о семейном положении, наличествовавшие в кладбищенских книгах, также могли оказаться впоследствии на надгробных памятниках. Причём, известны случаи, когда на памятниках лицам дворянского сословия фиксировалось не только время пребывания в браке с точностью до дня (столько лет, столько дней), но и имя супруга или супруги.

На дореволюционные памятники иногда «перекочевывали» из кладбищенских книг и данные о лицах, совершивших захоронение, соседствовавшие со сведениями о лицах, от чьего имени или на чьи средства такой памятник был поставлен. Как правило, в том и другом случаях речь шла о близких родственниках. На могилах купцов встречаются сведения о месте рождения, а на памятниках духовенству – краткие биографические сведения.

Ведение кладбищенских книг было делом повсеместным, как на приходских и городских кладбищах, так и на кладбищах монастырских. Именно поэтому их следует искать в региональных архивах в фондах приходских церквей, кладбищ и монастырей. Следует думать, что сведения из кладбищенских книг Петербурга и Москвы легли в основу капитальных трудов В.И. Саитова и Б.Л. Модзалевского о некрополях двух столиц, изданных в России в последние десятилетия XIX-начале XX вв. по «благословению» и под именем Великого князя Николая Михайловича. К сожалению, этот комплекс архивных документов дореволюционного периода истории нашей страны сохранился довольно плохо и очень разрознен.

В настоящее же время кладбищенские книги в течение пяти лет после заполнения хранятся на кладбищах, после чего передаются в ведомственные архивы. А уже по истечении 75-тилетнего срока хранения из ведомственных архивов они передаются на хранение в архивы областные.